СКОЛЬКО СЛОВ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ?
Кандидат филологических наук С. КАРПУХИН, (г. Самара).
На вопрос, казалось бы, ответить очень просто. Достаточно обратиться к самому авторитетно му из современных словарей — Большому академическому словарю в 17-ти томах. БАС — так неофициально именуют это издание филологи; титульное же его название «Словарь современного русского литературного языка». Здесь нелишне вспомнить, что в 1970 году этот труд был отмечен Ленинской премией. К сожалению, с первого дня появления на свет он стал библиографической редкостью, и сегодня менее известен и доступен рядовому читателю, чем знаменитый, но несколько устаревший словарь Даля. Так вот, в Большом академическом словаре зафиксировано 131 257 слов.
Число, как видим, точное, но ответ на поставленный вопрос не то чтобы неточен или неполон — он условен и требует слишком многих оговорок, которые способны на порядок изменить это число. Так, указанное количество может «подрасти», если считать наречия на -о, -е, образован ные от качественных прилагательных, вроде откровенно (от откровенный ), безмолвно (от безмолвный), — они приводятся в словаре не самостоятельными единицами, а в статьях при исходных прилагательных.
Но это еще, так сказать, цветочки… Как указывает само название словаря, он включает только слова литературного, то есть нормированного , языка. Между тем общенародный русский язык богат огромным числом бытующих до сих пор в сельской местности и не учтенных полностью ни одним словарем диалектных слов, вроде вологодского нухрить в значении искать или существительного потка (птичка), бытующего в вятских селах, и т.д. Конечно, огромное богатство диалектной лексики (но опять-таки далеко не исчерпывающее!) отразил словарь Даля, составленный в позапрошлом веке. Всего в нем более 200 тысяч словарных единиц. Существуют и современные словари русских диалектов, выпущенные в той или иной области.
Однако если диалектизмы не свойственны литературному языку (за исключением художественной речи), то в нем весьма часто используются слова другого типа, которые вы тоже не найдете в общих толковых словарях, даже самых полных. Это термины, собственные имена, неологизмы и некоторые другие разряды слов. Возьмем обычную газетную фразу: «Создал этот уникальный учебник по компьютерной оптике коллектив сотрудников Института систем обработки изображений РАН во главе с известным ученым». Здесь все слова общепонятны и общеупотребительны. Однако в Большом академическом словаре отсутствует сокращение РАН (аббревиатуры лингвисты признают сегодня самостоятельными, отдельными от расшифровки словами, кстати, существуют специальные словари сокращенных слов), а также прилагательное компьютерный , которое, впрочем, как и исходное существительное компьютер , просто не могло попасть в словарь, созданный около полувека назад. Новые слова, появившиеся в русском языке за последние десятилетия, особенно связанные с бурными изменениями в общественной жизни 90-х годов, должно было отразить 2-е издание Большого академического словаря в 20-ти томах. Но… после 4-го тома, вышедшего в 1993 году, дело заглохло.
Особая область лексики — терминология — обозначение научных и технических понятий. Они известны и употребляются только среди специалистов той или иной научно-технической отрасли. Вряд ли кому-то знакомы, например, такие слова, как зигнелла — вид водоросли (бот.), изафет — вид словосочетаний в некоторых языках (лингв.) и т.п. Все термины, употребляемые в нашем языке, один человек знать не может в принципе — из-за их громадного количества. Каждая наука, техническая отрасль выработала свою терминологию, состоящую подчас из десятков тысяч единиц. Представьте, например, сколько их содержится в многотомной медицинской энциклопедии!
Собственные же имена существительные составляют такой лексический пласт общенародного языка (носящий специальное название — «ономастика»), который, видимо, не поддается даже приблизительной количественной оценке. В самом деле, сколько, скажем, в Российской Федерации городов и сел, рек и озер, местностей и гор? Общеизвестными, как и в любой другой стране, являются названия более или менее крупных географических объектов (Волга, Урал, Париж, Сена) — они образуют лишь малый процент всей топонимики. Львиную же долю составляют топонимы, употребляемые местными жителями на ограниченной территории, где нередко овраг или ручей, бугор или роща имеют собственное имя. Например, в Самарской области есть село Молгачи. Если жители употребляют в речи «был в Молгачах», «я из Молгачей» , значит, оно входит в русский язык, причем независимо от происхождения! А сколько космических объектов имеют собственные наименования — так называемые астронимы!
Есть и еще одно существенное замечание. В языкознании вообще нет точного и исчерпывающего определения, что такое слово. «Виновны» в этом не ученые-языковеды, а чрезвычайная сложность такого явления, как язык. Простой пример: идти и шедший — два слова или разновидности одного? Так же: дом и домишко? Вопрос не так-то легко разрешить. Ведь если считать отдельными словами все причастия (шедший), деепричастия, формы субъективной оценки (домишко) и другие образования и включить их в словарь, он может так разбухнуть, что один его экземпляр не поместится, пожалуй, в комнате средних размеров. Преувеличение? Тогда попробуйте сами прикинуть количество так называемых потенциальных слов, которые не являются устойчивыми единицами языка, а возникают в речи по потребности и в то же время внешне очень похожи на те, которыми мы обычно пользуемся. К ним, в частности, относятся сложные прилагательные с первым компонентом — числительным. Например: двухрублевый, двенадцатирублевый, однодневный, тридцатидневный, шестисотвосьмидесятипятикилометровый и т.д. Мой компьютер подчеркнул как несуществующие два последних слова(?!). Поэкспериментируем дальше: одноногий, двуногий, трехногий, четырехногий, пятиногий… Компьютер уверенно подчеркнул предпоследнее слово, а «поколебавшись», и последнее. Сколько же таких слов в принципе может встретиться в речи? И сколько их реально было употреблено за последние два века — приблизительно так оценивается возраст современного русского языка? Включать их все в словарь или нет? В Большом академическом словаре зафиксированы лишь некоторые из подобных образований.
Все слова конкретного живого языка сосчитать нельзя уже потому, что он ни одного дня не остается неизменным. Выходят из употребления одни слова или отдельные их значения, появляются новые, и зафиксировать каждый такой факт, конечно, невозможно, поскольку процесс этот постепенный и, как правило, неуловимый.
Итак, если говорить о каком-то определенном, ограниченном «участке» языка, то более или менее точное количество слов известно: уже названо число наиболее употребительных в разных стилях и жанрах, — около 40 тысяч (по данным «Частотного словаря русского языка» под ред. Л. Н. Засориной. М., 1977). Можно назвать также, к примеру, количество наиболее употребительных сокращений — около 18 тысяч (см.: Алексеев Д. И. и др. «Словарь сокращений русского языка». М., 1983). На фоне данных о лексических богатствах всего национального языка представляет интерес объем личного словника, или, как говорят лингвисты, объем активного словаря, то есть количество слов, употребляемых одним человеком. Для образованного «простого смертного» он оценивается в среднем в 5-10 тысяч слов.
Но и здесь есть свои вершины. Так, в «Словаре языка Пушкина» в 4-х томах (М., 1956-1961) зафиксирован непревзойденный пока показатель — приблизительно 24 тысячи. Только «Словарь языка В. И. Ленина», который долго готовился к изданию Институтом русского языка и по известным причинам так и не вышел в свет, по некоторым данным, должен был включать около 30 тысяч слов. Но сегодня, при отсутствии самого словаря, трудно судить, чего в этом обещанном рекорде было больше — гениальности или идеологии.
Имеются статистические характеристики и по многим другим локальным проявлениям. Сосчитать же абсолютно все слова общенародного современного русского языка никто не может — ни ученые, ни самый мощный компьютер. Потому-то языковеды и пришли к выводу: язык в количественном отношении неисчислим.
В русском алфавите 33 буквы. Количество слов в русском языке допустим… — Работа над ошибками — ЖЖ
В русском алфавите 33 буквы.
Количество слов в русском языке допустим где-то 300-500 тысяч, но во всяком случае это конечное число.
Бесконечно, ли число высказываний, которое можно сделать с помощью этих слов?
Говорят, что да.
Однако есть подозрение, что оно не только бесконечно, но и бессчетно.
Что же касается множества мыслей, которые можно выразить с помощью бессчетного количества высказываний, то оно, возможно, и помощнее будет.
Хотя как тут понять: чего больше, мыслей или высказываний?
Одну и ту же мысль можно выразить разными высказываниями, используя разные слова, а можно ли тем же высказыванием выразить другую мысль. Ну, разве что поменяв интонацию.
С другой стороны, каждую ли мысль удастся выразить словами. Личный опыт подсказывает, что нет. Хотя, кажется, у Н. Хомского где-то написано, что без языка было бы невозможно и мышление.
Тут еще такой момент: слова можно использовать много-много раз, они от этого не портятся. Высказывания же и мысли наоборот: все-таки иногда портятся, их срок годности ограничен!
Безмозглые компьютеры вряд ли понимают вводимый в них поисковый запрос и видят даже не слова (кстати, полгода назад я тут писал, что слов не существует, они нам только кажутся), а то, что называется «литералы».
Какое-то подобие интеллектуального поиска возникает, если указать, что диапазон, в котором находятся слова, составляющие интересующую нас фразу, небольшой.
Это интересная головоломка: пытаться понять, какими путями можно выйти на смысловой уровень: делать выводы о том, что происходит на данном участке реальной жизни, рассматривая только текст, который вам дали, не зная ничего сверх того.
Когда компьютер станет искусственным интеллектом, его задача будет работать не с «литералами», а с мыслями, которые в них заключены. Получается, что искусственный интеллект – это философский камень нашего времени, который должен будет превращать не металлы в золото, а синтаксис в семантику литералы в мысли, улавливая суть из потока знаков.
Как этого добиться, если одна и та же мысль может быть выражена разными словами и высказываниями?
Если я составляю поисковый запрос, то заниматься подбором слов приходится мне самому.
Помню, я много лет посвятил попыткам отыскать в интернете ссылку на «Военный киножурнал 1941 года» (который случайно увидел по каналу «Культура» в ночь с 21 на 22 июня 2004 года).
Потом оказалось, что это не «Военный киножурнал», а «Боевой киносборник» :))
Гугл так и не понял, что я от него хочу.
Итак, поскольку мысли бесконечны и бессчетны, а слова не только счетны, но и конечны, приближение к смыслу через перебор различных высказываний об одном и том же будет стремиться к своему пределу, но так и не достигнет его.
Бог Ра, этруски и буквица. Разоблачаем главные мифы о русском языке
Мы живем в удивительное время, когда любой человек может высказаться на широкую аудиторию: завести блог, опубликовать видео на YouTube или даже издать книгу. С одной стороны, это прекрасно, ведь каждый получает возможность реализовать себя. Но, с другой стороны, такая «свобода слова» помогает распространять не только интересные или по-настоящему ценные идеи, но и откровенно бесполезные или даже вредные.
Оттого и процветают сейчас шарлатаны разного толка, готовые за пять минут на пальцах объяснить устройство мироздания и разрешить все загадки, над которыми ломают голову ученые всего мира.
Особенно много таких знатоков в области истории и лингвистики. Людям кажется, что разобраться в этих науках совсем не сложно («Это же не высшая математика или квантовая механика с мудреными формулами!»).
Но если все понимают, что для занятий историей все же требуется, например, хотя бы работа с древними рукописями или с археологическими находками, то рассуждать об устройстве языка, с точки зрения обывателя, под силу каждому и дополнительных знаний для этого не требуется вовсе — ведь все мы так или иначе этим языком владеем. Но говорить — еще не значит понимать, как язык устроен. Простая аналогия: любой человек умеет дышать — но все ли знают, как функционируют легкие?
Тем не менее «труды» лжелингвистов стоят на полках книжных магазинов рядом со словарями, а многочисленные гуру создают «школы» и даже «институты» по изучению «истинного» русского языка — не бесплатные, разумеется. А соответствующим блогам и роликам на YouTube и вовсе несть числа.
Какие же мифы о языке сейчас на пике популярности?
Русский язык — самый древний в мире
Суть мифа. «Ученые скрывают, что этрусская письменность давно расшифрована и представляет собой не что иное, как запись русских слов. На базе этрусской культуры была создана римская, на базе римской — вся западная цивилизация. Запад просто не может признать, что у истоков всего стояли мы, славяне. А русский язык был первоязыком, предком всех языков мира».
«Аргументы» в пользу мифа. Оставим в стороне попытки обосновать эти утверждения с точки зрения истории и археологии, обратимся к лингвистическим «аргументам»:
- В самом слове «этруски» якобы зашифровано «это русские».
- Надписи на этрусских памятниках археологии можно прочесть по-русски: например, C SER K VLO — «зеркало».
- Все языки произошли от русского, потому что многие иностранные слова можно объяснить с помощью русских. Вот как предлагают адепты теории расшифровать некоторые английские слова: strawberry — «с трав бери» (откуда же еще клубнику брать), baby — «бабий», British — «бритые», London — «лоно Дона».
Опровержение. Общая проблема всех этих «аргументов» в том, что и смысл древних этрусских текстов, и происхождение современных иностранных слов объясняются почему-то через современный русский язык.
Видимо, приверженцы мифа никогда не читали древние рукописи и не в курсе, что язык с течением времени существенно меняется. Попробуйте прочесть «Повесть временных лет» — это текст XII века — и вы убедитесь, насколько преобразились и язык, и способ его передачи.
Страница «Повести временных лет» в Радзивилловской летописи (список XV века; фрагмент, описывающий поход Вещего Олега на Царьград)
Английский язык изменился еще сильнее. Так, древнеанглийское hlāfweard (буквально: «хлебохранитель») превратилось в современном английском в lord «лорд» (пример академика А. А. Зализняка, статью которого «О профессиональной и любительской лингвистике» настоятельно рекомендуется прочесть всем, кто не хочет попасть под влияние альтернативных теорий о языке). Современные англичане — если они не лингвисты, конечно — не поймут в текстах тысячелетней давности практически ничего. Поэтому крайне странно полагать, что английские слова (в таком виде, в котором они существуют сейчас) образовались от современных же русских слов. И уж тем более нелепа попытка так же объяснить этрусские надписи, сделанные еще до нашей эры.
Впрочем, один из самых заметных идеологов теории «этруски — это русские» Валерий Чудинов находит надписи на русском языке где угодно: в глубоководных рельефах, на Солнце и на Марсе. Так что удивляться нечему.
По мнению Валерия Чудинова, Солнце рассказывает о величии Руси
Нельзя назвать слова родственными только потому, что они похоже звучат: этруски — это русские, баба Яга — это баба Йога… Происхождение и родство слов изучает отдельная область лингвистики — сравнительно-историческое языкознание, или компаративистика. Это очень сложная дисциплина с детально проработанным инструментарием, который не сможет освоить неспециалист.
Главное открытие исторической лингвистики – закон безысключительности звуковых изменений. По словам А. А. Зализняка, он состоит в том, что «даже самая диковинная трансформация облика слова в ходе истории — результат не случайной индивидуальной замены звуков, а последовательно реализованных во всей лексике языка фонетических изменений, происходивших в данном языке в определенный период в прошлом».
Лингвисты изучают памятники письменности, сравнивают современный язык с древним и разные современные и древние языки друг с другом. Так ученые выявляют звуковые изменения и те законы, по которым они формируются. Зная, какие процессы и в какое время происходили в том или ином языке, ученые устанавливают регулярные, системные звуковые соответствия между языками. Например, соответствие английского t русскому д: tree — дерево, two — два, ten — десять. Благодаря пониманию таких параллелей лингвисты могут определить, из какого языка и в какой период пришло слово, каким изменениям оно подверглось и как звучало в языке-исходнике. Более того, лингвисты могут судить о родстве целых языков — и даже о том, каким был их общий предок, даже если его письменные памятники не сохранились или не существовали.
Накопленные за почти 200 лет данные исторической лингвистики говорят о том, что русский язык вовсе не самый древний. Но таковым нельзя назвать и английский, и французский, и итальянский, и даже санскрит. Да, в этих языках действительно наблюдается сходство многих базовых слов — и оно устроено гораздо сложнее, чем похожее звучание strawberry и «с трав бери» — но свидетельствует оно не о том, что какой-то из этих языков древнее, а о том, что они восходят к общему языку-предку, который принято называть индоевропейским или праиндоевропейским языком.
Надежный способ узнать происхождение слова — не искать похоже звучащие формы в других языках, а заглянуть в этимологический словарь. Например, в словарь Макса Фасмера: он доступен в Сети, и воспользоваться им может любой желающий.
Сакральный алфавит — буквица
Суть мифа. «В основе русского языка лежит буквица — алфавит из 49 букв, который изображается в виде таблицы 7*7 (7 — сакральное число). Каждая буква и слоги из двух букв заключают в себе некий образ, скрытое значение. Из этих образов-букв и были созданы все слова. Зная образы, можно понять истинный смысл любого слова. Например, само слово «образ» расшифровывается как «оное боги рекут азу».
Так называемая «древлесловенская буквица»
«Аргументы» в пользу мифа. Аргументов как таковых нет, в буквицу предлагается просто поверить.
Опровержение. Если допустить, что буквица действительно существовала, придется признать, что сначала появились буквы и соответствующие образы, а затем из них кто-то составил слова. Это противоречит и всей истории письменности, и просто здравому смыслу, ведь сначала всегда появляется речь, и уже потом изобретается способ ее записи, а не наоборот.
Даже если просто подключить логику, нельзя не задаться вопросом: как люди должны были изобретать язык из букв, еще не умея разговаривать? Как они договаривались, из каких «образов» составить то или иное слово?
Буквица сделана очень топорно. В ней есть дублеты (разные начертания «е» в первой строке), исковерканные или странные названия букв («юнъ», «эдо», «ета» и т.д., а греческая омега почему-то названа «омъ») и не зафиксированный ни в одном кириллическом памятнике символ «æ». Видимо, не хватило букв для идеальной таблички, пришлось присочинить.
Значения «образов» максимально размыты, под них можно подвести фактически любое слово. Но главная нелепость подобных трактовок даже не в этом.
Минимальная единица языка, имеющая некий смысл — это морфема (например, корень, приставка, суффикс, окончание). Так, слово «наездник» состоит из четырех морфем, каждая из которых что-то значит: приставка на- — положение сверху, корень -езд- несет основной лексический смысл, суффикс -ник- указывает на производителя действия, нулевое окончание — показатель грамматической формы (именительного падежа и единственного числа слова второго склонения). И образуются новые слова именно с помощью морфем: «наездник» от глагола «наездить» с помощью суффикса -ник-, а «наездить», в свою очередь, от «ездить» посредством приставки «на».
Да, существуют языки (например, китайский), где морфемы очень короткие и часто равны звукам или слогам. Но русский к таким языкам не относится. Поэтому любая попытка произвольно разделить русское слово без учета его морфемного членения заведомо провальна и антинаучна.
Естественно, существование буквицы невозможно доказать, что признают и ее поклонники. Но, по их мнению, «отсутствие информации исторического характера о буквице еще не говорит о том, что ее не было» (это точная цитата из статьи известного преподавателя буквицы). Что ж, аргумент, конечно, «сильный»: тогда отсутствие информации о макаронном монстре, людях с песьими головами или приборе для телепортации тоже еще не означает, что всего этого нет.
Буквица не встречается ни в одном памятнике письменности. Впервые она упоминается в книгах А. Ю. Хиневича — основателя неоязыческой секты инглингов, неоднократно судимого за экстремизм. Хиневич писал, что таблички с буквицей ему показывали некие таинственные жрецы — но не отдали, разумеется, потому что увидеть эти священные таблицы человечество еще не готово.
Несмотря на видимую нелепость теории буквицы, у нее очень много поклонников. Существуют школы и курсы по изучению буквицы, специальные «буквари» и даже кубики для детей. По запросам «славянская азбука», «древние буквы», «кириллица» и т.п. интернет-поисковики обязательно выдадут таблицу с буквицей и соответствующие сайты. Видимо, на эту удочку и попались создатели памятника Кириллу и Мефодию перед Сургутским университетом: монумент изображает святых, указывающих на огромный свиток с буквицей.
О буквице даже публикуются статьи в научных журналах. Вы можете ознакомиться, к примеру, со статьей «Азы древнеславянского языка» в «Успехах современного естествознания» (№ 11, часть 1, 2014 год). Кто допустил ее к публикации – большой вопрос, ведь это издание входит в перечень ВАК, то есть является одним из ведущих рецензируемых научных журналов. Ни один из авторов статьи (очень плодовитых, опубликовавших с десяток работ о буквице в журналах разного качества) не имеет филологического образования, все они — кандидаты технических наук, преподаватели Камышинского технологического института.
Ра-теория
Суть мифа. Ра-теория — часть учения о буквице, которая «ушла в народ» и стала жить своей жизнью. Корень «Ра» (тот самый, что и в имени древнеегипетского бога) якобы очень часто встречается в русском языке и обозначает «свет». Слова, его содержащие, объясняются так: радость — «Ра достать», красота — «к Ра стремление», храм — «хранилище Ра», вера — «верить в Ра», разум — «светлый ум» и так далее. Даже Россия (Рассея) — «сияние Ра».
«Аргументы» в пользу мифа. Русский язык и русская культура, как мы уже выясняли, самые древние в мире, а египетский бог — тоже на самом деле славянский, поэтому ничего удивительного. А главный аргумент — авторитет сатирика Михаила Задорнова, который активно популяризировал Ра-теорию и другие лингвистические мифы на своих концертах — и отнюдь не в качестве шутки.
Опровержение. Адепты теории допускают ту же ошибку, что и поклонники буквицы — выделяют в словах слог «ра», игнорируя морфемный состав. Присмотримся, например, к слову «вера»: в нем выделяется корень -вер- (сравните с однокоренными «верить», «верующий», «поверье» и т.д.), а конечный [а] — и вовсе окончание. Точно такое же, как в других словах первого склонения: мама, папа, кружка, крыша и т.д. Более того, присутствует оно только в именительном падеже, а в других меняется: нет веры, о вере, жить верой… Куда же пропал Ра?
Показательно, что Ра-теория распространена не только в России. Во многих странах есть ее адепты — только, конечно, каждый объявляет источником имени бога и по совместительству самым древним языком свой. Популярность мифа неудивительна, ведь звук [р] весьма распространен в языках мира, а гласный [а] вообще один из самых частотных. Во множестве языков мы встретим сочетание «ра» в огромных количествах.
Например, если с помощью клавиш Ctrl+F поискать слог «ра» в электронной версии орфографического словаря В. Лопатина, выпадет — внимание! — больше 20 тысяч слов. Есть где разгуляться, тем более что «свет» — понятие крайне многозначное и, по сути, с ним можно соотнести любое слово, имеющее хоть сколько-нибудь положительное значение.
Вместо итога
Переубедить лингвофриков очень сложно, а бороться с ними почти бесполезно, потому что поток их идей не ограничивает ничто: ни здравый смысл, ни научные данные. На любое опровержение они находят контраргументы — как правило, еще более абсурдные.
Мы можем лишь призвать тех, кто еще не заражен вирусом лжелингвистики, изолироваться от ее переносчиков и не забывать о стандартных и очень простых мерах предосторожности — логике и критическом мышлении.
Что такое алфавит, или азбука? Почему так называют? Сходства и различия
Алфавит, или азбука?
Чтобы научится читать и писать ребёнку необходимо выучить алфавит, или азбуку. Алфавитом называют расположение букв в определённом, общепринятом порядке. Другими словами, алфавит – это графическое изображение звуков, которое мы используем для письма и чтения.
У каждого народа есть свой алфавит и правила письма (например русский алфавит), но многие языки имеют общие корни и историю. Большая часть современных алфавитов произошла от древнегреческого алфавита, как и само слово Алфавит, обозначающее первые две буквы α и β.
Ребёнок учится разговаривать, произносит свои первые слова, но при изучении алфавита часто возникают трудности. Довольно сложно установить связь между звуками, которые произносим и графическими символами (буквами). Чтобы правильно объяснить ребёнку что такое азбука и алфавит, далее рассмотрим термины и разницу этих понятий.
Что такое азбука и алфавит: основные понятия
По сути азбука и алфавит имеют общее значение – это расположение букв по порядку, но если рассмотреть понятия более подробно.
Азбука – это изображение графических символов (букв) в определённом порядке, и учебное пособие с иллюстрациями, для изучения алфавита.
Наверняка, многие помнят, свою первую азбуку, с которой начинается изучение букв и чтение по слогам. В ней каждая буква сопровождалась иллюстрациями, что помогало быстрее усваивать информацию и вырабатывать ассоциации с разными буквами.
Алфавит – это стандартный, для конкретного языка, набор знаков, или форма письменности, в которой все буквы структурированы по порядку. Каждая буква – это графический рисунок (символ) и определённый звук.
Алфавит используется в письменной речи, для передачи звуков на письме. Буква редко обозначает один звук, да и в устной речи часто звуки видоизменяются, но для облегчения понимания языка и общения между собой, люди используют общепринятый алфавит и чёткие правила.
Разница в терминах азбука и алфавит заключается лишь в названии, где слово Алфавит имеет греческие корни, а Азбука – происходит от древнерусских первых букв «аз» и «буки».
Алфавит отображает сухую последовательность букв, без иллюстраций, облегчающих их запоминание, как в азбуке.