Как делать стихи? Пособие от Маяковского
Дневник Владимира Маяковского
Владимир Маяковский
Слова, которые придумал Маяковский
К Дню рождения великого Владимира Маяковского мы составили список из 10 самых экстравагантных плодов словотворчества Маяковского. Творения мастера всегда отличались своеобразием и новаторским подходом. Например, Маяковский зачастую пренебрегал стихотворным размером, делая упор на яркую и сильную рифму. Ну и, конечно, выразительности его строкам всегда придавали авторские неологизмы – новопридуманные слова, которыми щедро усыпано множество произведений Маяковского.
“Голоштанный” – такую характеристику наряду с “голодным” получил в поэме “Владимир Ильич Ленин” народ, которому предстояло сделать выбор между Советами и буржуем.
За “Дрыгоножество” получает дом фаворитка Николая II балерина Кшесинская – в той же поэме о вожде мирового пролетариата.
“Сердцелюдый” – так называет поэт подобие человека, говоря о возможных жителях Красной планеты в другой поэме “Про это” (“Если Марс, и на нём хоть один сердцелюдый, то и он сейчас скрипит про то ж”).
“Испавлиниться” в каждом окошке должны были цветы в строках трагедии “Владимир Маяковский”.
“Молоткастым” и “серпастым” паспортом, извлечённым из широких штанин, гордился на зависть миру поэт в знаменитых стихах об этом документе.
Эпитет “задолицая” применил Маяковский в “Ленине”: “Вокруг, с лицом, что равно годится быть и лицом и ягодицей, задолицая полиция”.
“Мясомясой” и “быкомордой” оравой называл поэт толпу в ранних стихотворениях. Венец всего – “верблюдокорабледраконьи” эскадры в “Пятом Интернационале”.
Конечно, этот список можно было бы расширить до нескольких десятков или сотен потрясающих лексических единиц, благо что литературное наследие юбиляра огромно и поражает своим разнообразием любого читателя.
Источник: «Российская газета»
Текст: Евгений Черняков, «Российская газета»
10 слов, которые придумал Маяковский
К юбилею великого поэта мы составили свой список из 10 самых экстравагантных плодов словотворчества Маяковского.
«Голоштанный» — такую характеристику наряду с «голодным» получил в поэме «Владимир Ильич Ленин» народ, которому предстояло сделать выбор между Советами и буржуем.
За «Дрыгоножество» получает дом фаворитка Николая II балерина Кшесинская — в той же поэме о вожде мирового пролетариата.
«Сердцелюдый» — так называет поэт подобие человека, говоря о возможных жителях Красной планеты в другой поэме «Про это» («Если Марс, и на нём хоть один сердцелюдый, то и он сейчас скрипит про то ж»).
«Испавлиниться» в каждом окошке должны были цветы в строках трагедии «Владимир Маяковский».
«Молоткастым» и «серпастым» паспортом, извлечённым из широких штанин, гордился на зависть миру поэт в знаменитых стихах об этом документе.
Эпитет «задолицая» применил Маяковский в «Ленине»: «Вокруг, с лицом, что равно годится быть и лицом и ягодицей, задолицая полиция».
«Мясомясой» и «быкомордой» оравой называл поэт толпу в ранних стихотворениях. Венец всего — «верблюдокорабледраконьи» эскадры в «Пятом Интернационале».
Конечно, этот список можно было бы расширить до нескольких десятков или сотен потрясающих лексических единиц, благо что литературное наследие юбиляра огромно и поражает своим разнообразием любого читателя.
Литературные поединки Маяковского
Говорят, Рональд Рейган, американский актер, ставший президентом, всегда пытался заранее предугадать, какие вопросы зададут ему после выступления. Готовил ответы на эти возможные вопросы, и даже вел статистику – из десяти подготовленных ответов четыре точно пригодятся.
Поэт строил свои литературные вечера следующим образом – сначала читал свои стихи, затем предлагал публике задать ему вопросы в записках, и тут же на эти записки отвечал.
Он очень гордился своей способностью мгновенно и колко парировать даже самый невежливый вопрос, настолько остроумно, что зал взрывался аплодисментами. Завистники даже пытались отследить, не подбрасывает ли выступающий свои бумажки с заготовленными вопросами в общую кучу – не верили в дар спонтанного красноречия.
Публика тоже включилась в эту игру – некоторые зрители заранее готовили каверзные вопросы, предвкушая удовольствие от словесной баталии. Случались записки от влюбленных барышень: «Товарищ, мне не нравится ваша пьеса, а нравитесь вы сами. Люблю вас давно. Вера Варламова». Являлись и просто хейтеры и тролли, жаждущие хоть на полминуты и заочно получить трибуну.
Именно эти пикировки сделали Маяковского знаменитым – слушатели валом валили на его выступления, меткие ответы сразу же становились крылатыми. За годы своих чтений Маяковский собрал более 20 тысяч записок с вопросами и репликами, намереваясь когда-нибудь выпустить их отдельной книгой.
— Вот потому, что не к лицу, и ношу на пальце, а не в носу.
— А как вы думаете, Николай Второй был коллективистом? А он всегда писал: «Мы, Николай Второй».
— Мои стихи не печка, не море и не чума!
— Пусть лучше свалятся?
— Местом, прямо противоположным тому, где зародился этот вопрос.
— Мой соученик по гимназии Шекспир советовал: говори о себе только хорошее, плохое о тебе скажут твои друзья.