На счету Оксаны Сташенко более ста самых разных ролей. Но зрители полюбили ее в образе криминалиста Жанетты Петровны из детективного сериала «Возвращение Мухтара».
Теперь же актриса, которая совсем скоро отметит ну очень круглую дату, осваивает новую для себя роль — она стала режиссером.
— Оксана, вы снимаете кино для души или все-таки есть в планах заработать на картинах?
— Заработать на кино вообще невозможно, а если человек снимает фильмы на свои деньги, даже вернуть вложенные средства нереально. Платформы делают совсем небольшие выплаты, а кинопроизводство — это очень затратная история. Я сняла свои фильмы, потому что было невозможно не снять, видимо, наступила какая-то душевная потребность. Должна была обязательно реализовать эту потребность. Но надежда на то, что мои фильмы сделают людей немножко добрее, она меня не покидает.
— Вы в кино уже больше 30 лет. Чем отличаются продюсеры 90-х годов от сегодняшних?
— В 90-х продюсеры только начали появляться, и по привычки все говорили «директор картины». Эти люди работали по классической советской схеме, что было прекрасно для актеров. Новоявленные продюсеры еще знали трудовой кодекс, у них было понимание субординации, все происходило по закону. Директор-продюсер не вмешивался в художественную составляющую картины. Было уважение к артистам, к их заслугам и талантам. А также существовал профессиональный подход и понимание, что хороший артист может создавать самые разноплановые образы в разных жанрах. А сейчас продюсеры используют артиста, снимая его постоянно в одном и том же образе. Одним словом, эксплуатируют «медийное лицо» во всех проектах, думая, что зрители дураки и ничего не поймут… Те продюсеры, еще того, постсоветского периода, выросшие из великого советского кино, держали зрителя за умного и не опускались до примитивного уровня. Они протягивали зрителю руку и говорили: а давай ты поднимешься на ступеньку выше, поймешь что-то для себя важное. И зритель тянулся, образовывался, обогащался. Сейчас же кино зачастую — примитивный и бездумный продукт, критерий один — поржать. Так что разница огромная!
— А если бы вам дали неограниченный бюджет, что бы вы сняли?
— Неограниченного бюджета не бывает. Но если бы у меня была государственная поддержка, сняла бы фильм-путешествие. О том, как ребенок из-за рубежа случайно попадает в Россию и открывает для себя нашу потрясающую страну. Это был бы такой фильм-открытие, о душе и характере российского человека. И кстати, не обязательно русского, у нас в стране много национальностей.
— Чтобы рассказать о национальном характере, наверное, надо быть еще и психологом…
— Начну с того, что артисты моего поколения, как правило, начитанные, образованные люди. И они практически все являются хорошими психологами. Работая над ролью в театре или кино, мы должны досконально разобрать свою роль: почему герой так поступил? Что им двигало? Мы пытаемся оправдать своего персонажа, даже если он отрицательный, для того чтобы зрители поверили в созданный образ. А когда ты разбираешь причинно-следственные связи в характерах, событиях, которые происходят с твоим героем, то действительно как бы проживаешь сотни жизней.
— Интересно, вы верите в гороскопы, которые наделяют людей, родившихся под определенным знаком Зодиака, какими-то общими чертами?
— Я родилась в первый день знака Скорпион, в год Огненной лошади. В этом году мой год юбилей… Безусловно, есть закономерности, которые китайские астрологи заметили еще в древности. Понимание, что движет человеком, рожденным в то или иное время месяца и года. Но уже с возрастом стараюсь не обращать на это внимание, это моя личная позиция. Есть Бог, каждый человек рождается со своим уникальным характером, и лучше не предлагать никаких клише и не пытаться его в это клише втолкнуть. Каждый человек — это отдельная книга. Бывает книга, которую один раз прочитаешь, больше не возьмешь в руки и уберешь подальше с глаз. А бывает так, что можно читать бесконечно. Мне кажется, что личное познание — намного интереснее, чем шаблоны…